Воспоминания

Не обошлось и без волнующих встреч с соотечественниками. Первые отдыхали веселой компанией по соседству в харчевне. Нужно сказать, что в Лионе быков любят также сильно как в южных провинциях, но немного по-другому. В Лионе быков потребляют в пищу, не дожидаясь пока те выйдут на пенсию. Особо ценятся специально выкормленные животные деликатесной породы «ангус». Из ангусов делают отменные стейки, т.е. куски жареного мяса. Так вот за те два часа пока я наслаждался стейком, не услышал от парней ни мата, ни громкого ора! Правда после дижестива они несколько подрасслабились и стали громко заявлять, что «Крым наш!», но потом обратно успокоились. Однако не подкачали другие соратники. Кушаю устрицу №3 «Bouzigues», запиваю ее полусладким Шабли, как вдруг! Чу! Что-то слышится родное в долгих песнях ямщика! Оборачиваюсь – два тела бредут строго по центру переулка. Одно на ходу считает денюжку, не вынимая банкнот из кошелька, второе – матерно выражает недовольство в отношении курса евро. «Ничего, – подбодрил его первый, – ща найдем». Встретил их позже, когда они уже нашли и рассекали прохожих по неширокой французской панели в строе «левый пеленг» с бутылкой Абсолюта. Парни явно шли к успеху.
Жуткая история произошла на набережной Роны с представителем нашей делегации. Экскурсант скромного телосложения Александр решил отдохнуть на прибрежной лавочке. К нему стремительно подошли три загорелых паренька и стали не по-русски интересоваться, чего это он на их лавке делает и есть ли у него курить. На что получили ответ: «Не понимаю по-вашему ни фига, я из России вообще!». «Стоямба!!!» – мгновенно тормознулись ребята, и продолжили диалог в конструктивном русле.
В Лионе для понаехавших гостей все продумано, в том числе два турофиса, расположенных в центровых местах города. При входе в учреждение стоит аппарат, выдающий талончик. Жмешь иконку «English» и аппарат отправляет к тетеньке, которая, несмотря на то, что западло, изъясняется на хорошем английском. Вот что мне нравится в Европах, так это строгость и регламентированность: дурак физически не сможет перепрыгнуть через ограждение в аэропорту или протиснуться к нужному окошку, потому что дурака заботливо ведут по лабиринту из металлических турникетов. Оттого вне очереди и «только спросить» никто не лезет – когда дебилам раздают номерки и отправляют в строй, им очень, очень сложно проявить себя. У нас в этом отношении – полная свобода!
Значка «Русский», кстати, в аппарате нет. Тетенька подарила мне карту города, начеркав на ней адреса кабаков и музеев. А потом взялась уговаривать купить у нее занедорого пропуск-вездеход на интересные экскурсии. Я отказался – сказал, что у меня студенческий и побежал фотографировать достопримечательности.

Воспоминания

Благоустройство во Франциях что в селе, что в городе замечательное – открытой земли нет вообще. Все в асфальте, бетоне или газоне, через это на французских улицах отсутствует говнище и грязища, которой изобилует родная земля. Пользованные баяны по закоулкам и скверам тоже не валяются. За все время не приметил ни одного шприца, а был в 3 крупных городах, не считая деревень. Судя по запаху жженых тряпок, который часто доносился от прохожих, внутривенные инъекции компенсируются употреблением другого.
Через 2 недели укрепления межкультурных связей на селе, одел пинжак с карманами и поехал до города Лиону. Местные сразу заявили, что мне повезло увидеть сногсшибательно красивый и богатый на достопримечательности мегаполис. Не соврали аборигены: трех с половиной дней не хватило даже на осмотр исторической части Лиона.
По прибытию заселился в номера, и принялся интенсивно бегать по округе набираться впечатлений, благо гостиница располагалась прямо в центре. Как жизнь нашей глубинки отличается от столичной, так и во Франции быт крупного города разительно отличается от провинциального. Сразу бросилось в глаза огромное количество мигрантов. На юге Франции вообще европеоидов мало, все-таки сказывается близость Африки и Испании, а в Лионе количество смуглых парней вообще зашкаливает. Женщин восточных, кстати, на улицах совсем не видно, одни парни. На площадь, что в 50 метрах от гостиницы, выходит станция метро. Вокруг устроены кафе, в названиях которых преобладает слово «liberte» т.е. «свобода», и богоугодные организации, спонсирующие беженцев, которых liberte вынудила покинуть разоренные войной дома. В сквере неподалёку дежурят те самые, которые не просто, а за деньги. В момент изучения настенной фрески мной заинтересовалась дама в костюме ортодоксальной проститутки и предложила непонятное. Так как дело было утром, я не заподозрил дурного и хотел было помочь несчастной, но ее прогнал старшОй. Видимо не захотел оплачивать сотруднице переработку. Днем на площади фланируют огнеглазые и бородатые граждане в радикально чОрном. Вечером бойко идет торговля наркотиками: тормозит авто, к приоткрытому окошку скачет предприимчивый юноша и меняет товар на евро. Экипажей ППС и рейдов УФМС в том районе замечено не было. Через неделю как вернулся, у них в Париже завертелось. Неудивительно, при таком размахе подпольной деятельности! А если б вовремя устроили проверку паспортного режима на площадях Республики, то неизвестно как бы все вышло! Да и у нас тоже следует выяснить, кто интенсивно скупает телефоны в павильонах на углу у Макдональдса и куда идут вырученные от скупки краденого деньги.
Так как невидимая рука рынка дотянулась до Франции быстрее чем до России, то по Лиону ходит множество лиц без определенного места жительства. Передвигаются они непременно в сопровождении одной-двух здоровенных собак. То ли для веселья, то ли в качестве самоходной консервы. Давно еще, будучи в Париже видел деревни бездомных, сложенные под мостами, с заботливо обустроенными палисадниками и огородами. Решил проинспектировать лионские мосты на предмет обнаружения самовольных поселений, но безрезультатно. То ли в центре не дают беднягам строиться, то ли вообще относятся к людям без понимания. В момент проверки встретил французского лебедя и лежащий на дне Роны велосипед. Оказалось, велосипед утопил накануне экспрессивный гражданин из местных. Похоже, так наотмечался Хэловином, что черти его все-таки одолели. Лебедей потом встречал неоднократно. Есть мнение, что дела у лионских бродяг не так уж и плохи. Никто не ловит самоуверенную птицу и не сжирает. Хотя ощипанный лебедь вполне может сойти за гуся (с)!
С уличной преступностью тоже все в порядке: ночью у выходов из подземки и прочих рыбных местах шакалят стайки подростков из жарких стран: гоняют сверстников, задирают прохожих. Я строил зверское лицо, смачно щелкал семечки и фототехнику не показывал, оттого меня не тронули.
Передвигался по городу на метро и фуникулере. Сперва отдавал 2 евро за метро и еще трешку сверху за подъем к исторической части на канатном вагончике. Итого – почти 350 рублей в один конец! Присмотревшись, заметил, что местные берут дешевый талончик на метро, а в фуникулер садятся забесплатно, благо турникеты меж ними не стоят. Как говорится: «Зачем платить больше?!!» В подземке, зашибая трудовую копейку, цыганские гавроши играют на аккордеоне жалостливые песни. Этим меня не проймёшь – я на электричке «Гороховец-Дзержинск» два года катался. Там бывало, после музыкальных номеров особо талантливого исполнителя целый вагон рыдал, заодно с контроллерами.

Воспоминания

По ходу дела выяснилось еще одно местное западло – говорить на английском. Отчего не объяснили, но, думаю причина в многовековой любви Англии к Франции и наоборот. Местные подростки, казалось бы, сообразительные, а в привычных вещах оказались бессильны. Направил их как-то развести огонь в мангале. Прихожу, а жаровней рулит коллега, вожатый с многолетним стажем. Оказалось, подростки завалили решетку всяким говном, безуспешно пытаясь его разжечь, а другой интеллектуал отчаянно лупил топориком по деревяшке. Лупил поперек, отчего деревяшка не ломалась, а била его по пальцам. Коллега отобрал у гуманитария топор, настрогал лучин, сложил щепу домиком и в минуту запалил костер. Прометей и люди. Помню, в 17 лет моим друзьям уже грозили милицией за систематические кражи и пожирание окрестных кур, а тут их зарубежные сверстники костерок не раздуют. Хотя сейчас и отечественные подростки, наверное, спичку с трудом разожгут.

Бережет детишек от соблазнов улицы, занимая всяким, от спорта до трудовой профилактики, директор молодежного центра месьё Меди. Воспитательный процесс месьё закрепляет поджопниками и щелбанами. Дети его любят. Несмотря на лингвистический барьер, мы мгновенно установили взаимопонимание. «Фи! Хи-хи-хи», – делал я легкомысленное лицо, указывая на праздных девочек. «Ооо! Фи! Ви! Хи-хи-хи! Но бон», – охотно соглашался со мной месье Коч. Что означало: толку от девчонок ноль, только «хи-хи» да «ха-ха». Нехорошо. «То ли дело пацаны», – говорит Меди. «Пацаны, – важно киваю я, – это другое дело. Пацаны – ребята полезные». И показываю, как наши богатыри истребляют кустарник. Довольные друг другом возвращались к насущным делам. Обязательный просмотр программы «Время» в 21.00 заменяли киносеансом. Кино крутил друг семьи Александр Гарсиа(Alexandre Garcia), он же «Кимо»(Keemo). Фильмы Саша выбирал только хорошие – смешные комедии в русской озвучке и с местными субтитрами. «Трех мушкетеров» в отечественном исполнении я предлагать не решился. Не дал французам пора-пора-порадоваться шляпе Боярского. Кимо оказался любителем русской культуры – дал заценить фотки, где он в шапке-ушанке ведет дискотэку и охотно делился версиями, почему русские всех победили. Даже немцев. На прощальном вечере форсил в стильной майке с золотой надписью «СССР». Отжигают, кстати, французы не меньше нашего: вместо «Черного ворона» поют «Марсельезу», дружно исполняют хиты Эдиат Пиаф. Говорят, в чаду кутежа сдвигают столы торец-к-торцу, заливают поверхность мыльным раствором и катаются вдоль комнаты. Есть куда стремиться!

На неделе катались с экскурсией в приморский город Монпелье – родину шартрёза и самого древнего института Европы, где учился Франсуа Рабле, автор смешных книг про обжор Гаргантюа и Пантагрюэля – папу и сыночка. Там же встретили окруженную мотоциклетами демонстрацию несогласных, которые заявляли, что Лангедок це Аквитания! Из-за того, что участники митинга засрали всю округу, искали, где присесть за три квартала. Вышли на отрекомендованный бар «ФабрИк» и, с порога обозначив национальную принадлежность, потребовали мужественного напитка местного разлива. Взволнованный приемом сразу 3 русских бармен сказал, что из мужественного завезли только шартрёз. «Подавай, – говорим, – свой шартрёз!» Недостаток градуса компенсировали методой потребления. Заполучив необходимые аксессуары, коллега умело поджигал шартрёз и ловко крутил бокал. Гарсон аж взмок от напряжения и испросил позволения заснять процесс на телефон. После шартреза мы стали добрые и разрешили. Также в Монпелье смотрели «Театр солнца». Эдакий «пятак» вокруг которого расставлены всякие статУи – от дедушки Ленина до Голды Меир. Французы к истории относятся бережно – статуи не рушат, станций метро не переименовывают.

Воспоминания

Тридцать третьего дня прибыл из Франции. Франция действительно прекрасна. Прекрасна теплой погодой, доброжелательными людьми и богатой историей. Докладаю: личную гигиену блюдут строго, лягушатину на завтрак, обед и ужин не потребляют. Она здесь навроде красной икры – подают исключительно в праздники и малыми дозами. В магазинах лапки валяются в отделе заморозки, как креветки. Мальчиков в беретках и длинных шарфах с одухотворенным взглядом тоже не встретил. Толпы непуганых известно-кого по улицам не расхаживают. Стереотип о немытой Франции оказался слухом, доносящимся из тьмы Средневековья. К сожалению, был развеян и штамп о невероятной красоте французских тетенек. Они в массе своей подкачали – сногсшибательной красоты не заметил. Наши как-то лучше. Видимо дело привычки. В свою очередь французы уверены, что русские начинают свой день, приняв стакан и, расталкивая медведей, идут в ушанке на работу. Благодаря одному любвеобильному генсеку (в хорошем смысле) жители Франции полагают, что в России близкие друзья смачно целуются в губы, приветствуя друг друга. Спасибо тебе, дорогой Леонид Ильич! Пришлось решительно опровергать… Среднестатистический европеец убежден, что русские немного «крэйзи», т.е. отмороженные. Трудно сказать. Как-то зашли в спортзал учиться танцам. Наши пацаны оценили добротно натертый паркет, разбежались и, шлепнувшись на пузо, заскользили к балетмейстеру. «Это не отмороженность, – говорю, – а пассионарность, национальная черта».
Сразу выражу почтение и благодарность сотрудникам принимающей организации: Тибо Марешалю(Thibaud Marechal), нашему другу, помощнику и тамаде, директору Юлии(Juliane Seifert) и ее способной ассистентке Матильде. Они оказали нам теплый прием и обеспечили комфортные условия размещения. Благодаря их стараниям сложилось 90 % приятных впечатлений от поездки. Подъем, завтрак, а потом выезд кто куда: в подшефный садик или на полезные дела в соседний город. После обеда личное время, а затем – каток, танцы, спорткружки, пикник или встречи с местным активом. По прибытию в лагерь, населенный добровольцами от разных стран, составили расписание дежурств и утвердили меню. С питанием немедленно возникли трудности. Во-первых, мы привыкли набить брюхо с утра и весь день размышлять, что сожрать вечером. Во-вторых, мы любим, когда на обед первое, второе и, конечно, компот. Выяснилось, что в Европах начинают день кофием и хлопьями или не завтракают вовсе. С первым и компотом тоже получилось не все гладко – нормальным французским пацанам суп есть западло, т.к. суп – пища бедных. Режим питания и непривычный рацион сначала подкосили мораль, но постепенно я вошел в колею. К тому же с нами были молодые парни, т.е. живые комбайны. Бывало ловишь взгляд гражданки ЕС на то, как наш человек заглатывает 5-й сэндвич подряд и замечаешь трепет в отношении раскосых и жадных очей с Востока. В первое же утро оглушительно захрустел французской булкой, доставленной из багетошной. У нас багет это богатая рамка для картины над диваном, а у них – длинный и вкусный батон. А батон по-французски значит «палка». Так и живем – они жрут рамки для картины, а мы палки.
Быстро оценил всю прелесть поездки – общение на равных не с бессловесной курортной прислугой, а с жителями небольших городов и поселков, т.е. с обычными сельскими парнями, как и я. Французы из глубинки оказались на удивлении открытыми людьми, не держали дистанцию и смело шли на контакт. Разительное отличие от, например, американцев, с которыми проработал 3 месяца в США, но каждый из нас так и остался в своем личном пространстве. Простолюдины Россию, русских и, в частности, Владимира Владимировича уважают. Стоило произнести, отчаянно грассируя «Жё вьйон дэ руси» как лица французов принимали выражение радостного удивления. Когда демонстрировал презентацию о России и вызвал на экран портрет ВВП, сельские парни одобрительно взвыли. Недорабатывает еще буржуазная пропаганда! Однажды под вечер возвращался домой в Бовуазэн(Beauvoisin) из живописного городка Лё Гранд де Руа(Le Grand de Rua). Проходящий автобус довез меня до ближайшего к Бовуазэну села, где сверившись с расписанием, я осознал, что ехать до родной деревни уже не на чем – после 18 часов электрички и автобусы закончились, а дерзких таксистов на мощных «Пежо» не наблюдалось. Решительно удавил панические настроения и начал пробивать французов на доброту. Следует отметить, что дело происходило на просёлке темной ночью. В итоге 25-я машина все-таки остановилась. «Жё вьён дэ Руси!!!», – с ходу заявил я. Шофер от восторга бросил руль и принялся мне что-то оживленно рассказывать. Убедил его взять управление на себя и смотреть на дорогу. Мерси тебе месьё Патрик! Задумался, подобрал бы я кого с ночной трассы «КВН-Туртапка?» На пятый день задружились с «трудными» подростками из молодежного центра села Вовер(Vauvert): вместе играли в футбол, участвовали в субботнике, жарили кебаб. Подростки оказались детьми мигрантов стран Магриба, но какого-то особого неблагополучия я среди них не приметил. Ходят в радикально чОрных адиках «три полоски», энергичные, улыбчивые и бодрые, все отлично говорят по-французски, а некоторые еще и по-английски.

Воспоминания

Седьмого дня прибыл во Францию.
В Москве добрый экипаж решил подождать пару опаздывающих. Благодаря великодушию австрийских пилотов наш самолёт прибыл в Вену на 30 минут позже назначенного. Учитывая, что стыковочный рейс в Лион вылетал через час, пришлось пробежаться по терминалу,
Неожиданно на мою скромную персону и фотоаппарат обратили внимание улыбчивые австрийские таможенники, и самолет улетел без меня. Азиат в красном френче наотрез отказался пускать на посадку, хотя вся группа ждала внизу и убеждала водителя автобуса подождать.
Побегав по аэропорту, нашли офис «Австрийских авиалиний» и большую очередь из опоздавших. Как я понял, в Европах с регистрацией строго – пассажиров заводят в калитку всем скопом, отставших в рейс не берут, оформляют их на следующий вылет. Непонятно с чем связана такая политика: то ли аэропорты компаниям серьезные суммы за стоянку выкатывают, то ли перевозчики избегают простоя воздушного судна – загадка. Наблюдал, как через стойку регистрации другого рейса хотел проскочить интурист. Несмотря на то, что последний пассажир в калитку зашел минуту назад, и было видно как вся группа спускается через портал, гражданина вежливо завернули.
Быстро переоформили стыковочный рейс через Франкфурт и уже в 2 часа дня были в Лионе. Интенсивность местных перевозок вызывает уважение. Так как здесь еще не было своего Бориса Немцова, который бы объяснил непонятливым европейцам, что малая авиация очень убыточна и неэффективна, то каждые 15 минут в какой-нибудь провинциальный городок чего-нибудь да улетает. Таким образом, потеряв всего 5 часов, побывали в аэропорте Франкфурта. Там – натуральный Вавилон. Такого количества самолетов и такой интенсивной движухи никогда не наблюдал. Толпы людей, каждый бежит в свою сторону, лопочет на своем, гул от сотен катящихся чУмАданов, объявления не по-русски один за одним, рой самолетов, вереницы транспортеров с багажом, красивые автобусы, набитые пассажирами. Отвал башки.
По прибытию в Лион погрузились на аэроэкспресс до железнодорожного вокзала. Впервые наблюдал вооруженную охрану – патруль из 3-х экипированных военнослужащих прогуливается среди гражданской публики. Пальцы возле спуска, зыркают во все стороны, взошли на эскалатор – один развернулся, смотрел назад. Выглядят серьезно, фотографировать не решился, вооружены Steir Aug. Чего они с такими пушками собрались делать в общественном месте – неясно. При стрельбе таким калибром из граждан сделают фарш. Местные ППС ходят с пестиками, похожи на «глоки».
Прибыли на вокзал и так как опоздали больше чем на час, билеты вернуть нам отказались, но симпатичная блондинка, выслушав грустную историю, дала хорошую скидку. Станция «Gare de Part Dieu» произвела впечатление обычного вокзала – разношерстная публика, уйма народу, не так чисто как в аэропорту.
Французский перрон оборудован спец.столбиками с буковками и телевизорами. На экране изображен прибывающий поезд, и место остановки каждого вагона соответствует буковке (литера «S» — вагон №8). Столбики с этими же буковками стоят вдоль перрона. Граждане уезжают скучно – с бешеными глазами вдоль перрона никто не бегает, не сшибает друг друга, перепутав голову и жопу. То ли дело у нас в Навашино – стоишь на низкой платформе меж двумя товарняками и разгадываешь заклинания диспетчера. На французской электричке чудо-ножей не предлагают, грустные песни «про пацанов» не поют – скукота. Да и поезд хорош: бесшовные рельсы, плавный ход, удобные кресла, после всех перелетов я срубился через 5 минут.
По прибытию в Ним нас встретили Матильда и Бобо, местные добровольцы. Наши верные спутники, помощники и друзья.
На следующий день поехали в крепость Эг-Морт (Aigues-Mortes – фр.), местную достопримечательность. В регионе Лангедок-Русильон сейчас идет фестиваль «Камарг» (Сamargue – фр.) в честь местности, типа нашего Черноземья только наоборот. Согласно расписанию проводятся мероприятия по всей округе, в одном поселке за другим. Собираются жители, гуляют, пьют. Символ фестиваля – быки. Здесь их травят, прогоняют по городу, но не убивают, берегут. По словам аборигена, заслуженных быков здесь не пускают на колбасу, а провожают на пенсию и хоронят с почестями. Но титул знатного быка надо еще заслужить.
В Эг-Морте фестиваль празднуют с особым размахом. На арену выпускают быка, его бесят местные подростки, а бык, в свою очередь, пытается их боднуть или затоптать. Зрелище серьезное – зверюга весит тону, натурально злой, быкует не по-детски. Роет землю копытом и фыркает соплями с паром, чистое кино! Понятно, что на трезвую голову к бычаре не сунешься, поэтому делегаты из окрестных деревень предварительно набираются местного ликера «Пастис». Запах аниса и коровьего дерьма витает по округе.
Удивительно, что в Европах, озабоченных безопасностью жития, остались такие рисковые мероприятия. Счастливчику, первому угодившему быку на рога, полагаются приз и слава.
По завершении травли усталых быков прогнали по главной улице Эг-Морта в сопровождении конвоя верховых. Прогон мы наблюдали через прутья, спец.перегородки, отделяющую пролетку от боковых улочек.
Зрелище интересное: по узкому коридору из домов раздается оглушительный цокот – несутся верховые с пиками, а между ними скачет обалдевший бык. Наши ребята тут же выдвинули рацпредложение – повысить градус праздника и сделать групповой бычий забег без лошадок и заборов.
Для нашей группы любезно предоставили бесплатную экскурсию, и мы прогулялись по стене замка Эг-Морт. Крепкое сооружение. Работало блокпостом на реке, потом тюрьмой, потом в нем спрятались гугеноты (протестанты), потом гугенотов кого повырезали, а кого рассадили по камерам. Хоть и зимой тут снег редкость, трудно представить, как жилось в каменном мешке без центрального отопления. Рассадник туберкулеза, простудных заболеваний и ревматизма.
После того как деревья вокруг города закончились и жрать стало совсем нечего, европейцы решили сменить место прописки и отправились в крестовый поход. Местный Король Луи IV с парой епископов в 1243 году отправились в Святую землю в очередной, седьмой раз, возвращать Иерусалим в лоно правильной Церкви.
Место пропитано историей. Почему-то популярна тамплиерская символика. Возможно, здесь квартировались храмовники, пока Филипп IV «Красивый», возжелавший забрать кассу ордена, не вырезал всех тамплиеров под корень, заодно с Великим магистром.
Городок деревенского типа Бовуазен, где мы проживали, красив, и приятен русскому глазу – чисто, аккуратно. Жителей мало, их присутствие незаметно. Совершая вечерний моцион, встретил 3-х котов, двух собак в сопровождении хозяев и кучку подростков у местного центра – площадь с баром и закусочной.
Наши пацаны беспощадной работой челюстей наводят ужас на европейцев. По-первости кормили скудновато, но после переговоров рацион значительно улучшился. Вместе с нами в доме проживали испанец каталонского происхождения, трое французов, подданная Дании, немец и шведка. Дружба народов и полный интернационал, короче. Все чрезвычайно вежливы и предупредительны. Учили французский, испанский, немецкий, общались с местной молодежью.
Ключевые точки деревни определены. Почта, мэрия, продуктовый и винодельня взяты на ежедневный контроль.
Конец I части

Спасибо

During the Project, our Group has built very close relationship with the local community. Our Team have performed a plenty of join activity and mutual cooperation. The people from the receiving organization have exceeded our expectations and have done their job 150% — they provided our group with a language experience, assisted with integration and deep cooperation in local community. Due to the high professionalism and hospitability of the Solidarites Jeunesses staff we haven’t had any troubles with domestic or cultural issues and were able to overcome all the difficulties.

Overall, the European Youth Certificate that I’m going to receive is reflecting me experience in the international volunteering and can be presented for proving my volunteering background.

Артемьев Андрей

Спасибо!

Прошло 5 дней со дня нашего возвращения домой, это был незабываемый опыт, который хочется повторять снова и снова. Я поняла что нужно совершенствовать себя, и продвигаться дальше. Горю желанием оказаться на долгосрочном EVS-проекте в полюбившейся мне деревушке Beauvoisin. Спасибо всем ребятам и руководителям которые ездили со мной, спасибо долгосрочным волонтерам и руководителям волонтерских проектов во Франции. Так же хотелось бы поблагодарить всех кто дал мне возможность поучаствовать в этом EVS-проекте, а именно Нижегородскую Службу Добровольцев, Межрегиональное молодежное общественное движение поддержки добровольческих инициатив «СФЕРА» (г. Н. Новгород), волонтерскую организацию Solidarites Jeunesses(Франция), European Voluntary Service (EVS) — Европейская Волонтерская Служба. И отдельная благодарность МБУ «Молодежный центр» г. Выкса.

RWHZA_XkND0

Балакина Ксения

Мы летим домой

Сегодня последний день нашего прибывания во Франции. Осталось несколько часов до вылета. Погода хмурится в месте с нами, нас одолевает противоречивые чувства, хочется домой и хочется остаться здесь… Но чемоданы собраны и нам пора. До свиданья Франция!